(Иван Соколовский, 1991)

- Обстановка здесь такая... Если в Москве расхожим словом, характеризующим образ жизни музыкантов, стало тусовка, то все, что происходит здесь, можно назвать супертусовка. Или ты соответствуешь принятым для нее нормам поведения, или всю жизнь проведешь в разряде неудачников...

(В.Ш., 1993)

- Играть со Стингрэй меня позвал Саша Васильев. Мы собрались в год, когда погиб Цой. Наш первый стадионный концерт в Москве был последним концертом в Москве Цоя.                                                               

(В. Виноградов)

- А как же быть художнику, который решил идти своим путем, не пытаясь вписаться в какие-либо рыночные рамки? Я могу ему только посочувствовать, хотя такая позиция заслуживает всяческого уважения. С философской точки зрения этот путь наиболее целесообразен, а с точки зрения коммерции - это самоубийство.

- Когда живешь среди всего этого, то перестаешь особо реагировать на этот тусовочный галдеж и рекламную трескотню. Разве что иногда кошмары снятся.

- Недавно я прослушал курс в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса по теме «Продюсирование звукозаписи».

- Я не перестаю удивляться, до каких размеров должно разрастись человеческое тщеславие, если после того, как достигнуты все возможные и невозможные высоты шоу-бизнеса, а денег заработано столько, что хватит на сотню жизней, герой и не думает об успокоении души и об уединении. Бой продолжается.

(В.Ш., 1993)

- Два года работы в составе группы Стингрэй в общем принесли разочарование. Мы думали, что перевернем мир, т.к. у нас был сильный состав: я, Юра Иванов, Саша Васильев, Паша Хотин (из «Звуков Му») и Джоанна. Но потом выяснилось, что творчество никому не нужно. Мы с Юрой как дураки принесли кассеты со своей музыкой, но Стингрэй даже не стала их слушать.